Документы


Отзывы

Наши публикации

Оценка условий труда в контексте интересов заинтересованных сторон
или ПЛЫТЬ ИЛИ НЕ ПЛЫТЬ?


Когда мы говорим об оценке условий труда работников, то невольно подразумеваем неотъемлемые её составляющие, следующие исключительно параллельно – первая, заинтересованность работодателя в проведении объективной экспертизы условий труда с установлением класса условий труда, соответствующего реалиям, вторая – уверенность работника в полноценном беспристрастном подходе к оценке его условий труда, и третья – всесторонняя независимость и достаточная компетентность оценивающей организации, способной своим результатом удовлетворить обе стороны, а при возникновении спорных ситуаций, профессионально и уверенно отстоять спорные позиции.

Полагаю, что изначально этими принципами руководствовались «законотворцы», создавшие и представившие нам к реализации Федеральный закон о специальной оценке условий труда, Методику её проведения, а также ряд иных нормативных документов в этой области.

Итак, с момента изготовления и «спуска на воду» процедуры оценки условий труда в оптимизированном формате кануло три года с небольшим. Но и их достаточно для того, чтобы уже сейчас наблюдать сложившиеся и уверенно укоренившиеся тенденции.

Начнём с того, что оценка условий труда пошла таки «в гору». Работодатели проявляют искомую активность, всё более «прикрывая» свои рабочие места материалами специальной оценки. И причин здесь несколько. Во-первых, статус основополагающего документа – Федеральный закон вместо принимавшихся ранее приказов профильного министерства. Во-вторых, активная жёсткая позиция неукоснительного исполнения законодательства РФ в данной области контрольно-надзорных органов федерального уровня: государственной инспекции труда, прокуратуры, Роспотребнадзора.

Следующим безусловным моментом реализации закона является тотальная минимизация социальных гарантий и компенсаций за работу во вредных и (или) опасных условиях труда, сопряжённая с МНИМЫМ улучшением условий труда работников, подтверждаемым материалами оценки условий труда «по-новому».

Основная причина так называемого улучшения условий труда работников кроется отнюдь не в массовой модернизации и реорганизации российского производства, а в изрядно «истовщавшем» Классификаторе вредных и опасных производственных факторов, чудесным образом забывшем о таких потенциальных вредностях, как коэффициент пульсации при оценке фактора «Световая среда», электромагнитном излучении, генерируемом персональными компьютерами, микроклимат на открытой территории. Все эти факторы, по меньшей мере, имеют место быть на рабочих местах и, бесспорно, не перестают оказывать вредное воздействие на организм работника. Более того, они даже могут быть измерены (предельно-допустимые значения по ним законодательно определены). Проблема заключается в том, что эти факторы не подлежат оценке (а значит, не имеют шанса быть отнесенными к вредным) в рамках проведения специальной оценки условий труда.

Дальше – больше. Предельно-допустимые значения по некоторым «проблемным» физическим факторам, превышение ПДУ по которым «тянут за собой» как минимум, вероятные профессиональные заболевания, повышаются новой версией Классификатора вредных и опасных производственных факторов до максимально определённых при аттестации рабочих мест по условиям труда уровней.

К сравнению, предельно-допустимый уровень шума на рабочих местах новой версией Методики проведения СОУТ ограничен 80 дБа, что сопоставимо с работой вблизи работающего мотоцикла. На первый взгляд, некритично. Но давайте представим, что этот навязчивый рокот, то в большей, то в меньшей степени, преследует нас ежесекундно в течение 8 часов, даже если допустить применение работником прогрессивных средств индивидуальной защиты. В итоге, постоянным спутником для работающего человека станет быстрая утомляемость, раздражительность, невнимательность, приводящая к неблагоприятным последствиям. Любопытно, имели ли представление «нормотворцы», каково находиться под воздействием эквивалентного уровня шума 80 дБа в течение длительного времени или же номинально «оттолкнулись» от максимально допустимого значения, установленного в советское время?

Кстати сказать, в рамках проведения аттестации рабочих мест по условиям труда, оценка шума на рабочих местах, на наш взгляд, осуществлялась более корректно, с учётом интенсивности тяжести и напряжённости трудового процесса (чем тяжелее и (или) напряжённее труд, тем меньше ПДУ по шуму).

Как бы то ни было, а условия новых правил, прежде всего, необходимо принять именно нам – оценивающим организациям, как основному звену – «реализатору» государственной политики в области оценки условий труда.

Вместе с тем, не надо забывать о том, что столь угодные для работодателей отсутствием социальных гарантий и компенсаций «двойки» (второй класс условий труда «Допустимые» - примечание автора) чреваты не столько поэтапным «уводом» рабочих мест в статус «декларируемых соответствия условий труда требованиям охраны труда», как полным отсутствием шансов на установление работникам заболеваний, связанных с осуществляемой ими производственной деятельностью.

Такая вот картина вырисовывается – «видит око, да зуб неймёт!».

Ещё одна законодательная новелла (явно, из разряда «А Вам слабо?») – ужесточение требований к оснащению испытательных лабораторий приборами контроля за «эксклюзивными» факторами производственной среды. Прежде всего, речь идёт о химических факторах биологической природы (антибиотики, витамины, гормоны, ферменты, белковые препараты). В итоге, КАЖДАЯ оценивающая организация, претендующая на право работать на рынке специальной оценки условий труда, «поднапрягшись» финансово (единовременно на сумму не менее 400 тысяч рублей, не считая затрат но поддержание процесса) и интеллектуально (вынужденно расширяя сферу своих профессиональных интересов до нюансов, свойственных аналитической химии), оснастила свои лаборатории соответствующими приборами, вспомогательным оборудованием, химреактивами, химпосудой и получила право выполнять эти работы, пройдя все необходимые процедуры в Росаккредитации.

Что же в итоге? Первое (оно же самое критичное!) – полное отсутствие рабочих мест, на которых необходимо проведение этих измерений. Второе – необходимость периодического вложения денежных средств в эту «мёртвую зону» (поверка приборов контроля и оборудования, обновление химреактивов, периодическое обучение персонала). Третье – периодическое возвращение к хронически бесперспективному вопросу через организацию внутреннего контроля. И, наконец, четвёртое – крайняя проблематичность реализации процедуры межлабораторного контроля, в силу отсутствия в организациях «предметов исследования», как таковых. Если же рассматривать, как альтернативу, возможность проведения подобного контроля стандартных образцов, то невольно упираешься в проблему отсутствия того или иного вещества в области аккредитации оценивающей организации – напарника, поскольку каждая оценивающая организация выбрала своё эксклюзивное вещество. О чём говорить, если испытательные лаборатории такой мощной специализированной структуры федерального уровня - Роспотребнадзора не имеют в своих областях аккредитации подобных веществ, чего в таком случае планируют «выжать» от стоящих на грани выживания оценивающих организаций?

Вопрос уже давно созрел и мучительно витает в воздухе: так что же это такое – стремление к допуску на рынок услуг по СОУТ состоятельных во всех отношениях оценивающих организаций, способных и всегда готовых оценить любую имеющуюся потенциальную «вредность», или предъявление избыточных требований к оценивающим организациям, умышленно введённое для того, чтобы отсеять «мелкотню», установив на рынке монополию «гранд-оценщиков», способных причесать условия труда по всей России на нужный лад?

Позволю себе осветить ещё одну проблему, граничащую с безрассудством в действии – бесконтрольный, беспардонный, лишённый всякого здравого смысла, демпинг на рынке услуг в сфере СОУТ, спровоцированный и усугублённый федеральным законодательством РФ о закупках (тендерах, конкурсах, торгах). В обойме увлекательного процесса «а кто даст ещё меньше?» оказались как работодатели, стремящиеся получить корову по цене молока, так и оценивающие организации, вынужденные «падать» в цене ниже предела своего собственного обнаружения, дабы хоть как-то уцелеть. Нередки случаи, когда оценивающая организация, в отчаянной борьбе за звание победителя, соглашается на кабальные для себя условия работы по цене 10, а то и 5 процентов от первоначально объявленной цены контракта. При этом, к удивлению, у заказчика услуги не возникает вопрос о чистоплотности и профессиональной компетентности исполнителя. А может, как раз с этого и нужно начать? Вместе с тем, обе стороны отдают себе отчёт о том, каково в подобных условиях может быть качество оказываемых услуг, но, к сожалению, цена и здесь правит балом. Интерес работодателя очевиден – кое-как «прикрытые» материалами СОУТ рабочие места без лишнего вникания в производственный процесс и проведения фактических измерений вредных производственных факторов. Для оценивающей же организации главное - чёткое соблюдение формальной стороны вопроса, а именно грамотное оформление протоколов и иных необходимых документов, предусмотренных законодательством РФ. Роль работника, равно как и органа, представляющего его интересы, при таком раскладе невелика: присутствие на рабочем месте (благо, закон позволяет), не слишком обременяя и без того запутанный процесс проведения оценки условий труда.

Что же мы имеем в сухом остатке? Ориентир работодателя, экономически простимулированного на минимизацию социальных гарантий и компенсаций посредством проведенной за минимальную плату СОУТ, помноженный на условия жесточайшей конкуренции на рынке услуг оценивающих организаций, где, по большей мере, уже не ведётся речи о независимости и компетентности, шаг за шагом, низвергает оценку условий труда в сугубо «имитирующую» процедуру, основное предназначение которой – элементарно наличествовать на бумаге в угоду формального исполнения законодательных норм. То, что это путь тупиковый, понимают, пожалуй, все.

Что же касается изначальных принципов триединства сторон (работодатель – работник – оценивающая организация) в целях достижения столь желаемой объективности, взятых за основу при формировании обновлённого подхода к оценке условий труда, то, похоже, в очередной раз не сложилось или сложилось не так, как планировалось.

Вот уж поистине – хотелось как лучше, получилось - как всегда…